komariv (komariv) wrote,
komariv
komariv

Categories:

Письмо осужденного за шпионаж

Об этой истории я слышал давно – и от офицеров, и от служащих срочной службы. Произошла она во втором ракетном дивизионе 60-го ракетного полка, который дислоцировался в Винницкой области. В общих чертах то, что было известно ранее, описал солдат срочной службы Виктор Александрович Чесноков:

«А что вам известно про сержанта Ивлюшкина? Если ничего, то расскажу. Случай явно из ряда вон. И так получилось, что развязке событий я был непосредственный свидетель. Мой призыв прибыл в полк из различных учебных подразделений осенью 1978-го. В это же время демобилизовывались ребята призыва осени 1976-го. Мы застали в части всего несколько человек. Постепенно уехали все, кроме сержанта Ивлюшкина. Пошли мы в наряд по столовой, он с нами за старшего. Худой такой, сутулый и в очках. Ботан, короче, на вид. Целые сутки в наряде пересказывал нам интересные книги и фильмы. Никакого высокомерия перед молодыми, даже посуду таскать помогал. Мы его спросили: "Почему все из твоего призыва домой поехали, а тебя держат?". Он отмахнулся от конкретного ответа. Сказал, что, мол, бумажка секретная пропала по его вине, вот и разбираются. Слонялся он по полку без дела, наверное, недели две. И вот сидим после обеда в курилке - видим, подъезжает к штабу незнакомый Уазик. Что-то спросили у проходящего солдата и подъехали прямо к нашей казарме. Выходят из машины два офицера в ярко-синих погонах. Зашли внутрь и буквально через пять минут вышли вместе с сержантом Ивлюшкиным. Ивлюшкин был в наручниках, а офицеры были из КГБ, как вы поняли. Мы вроде как в курсе дела. Жаль парня, потерял секретную бумажку.

фото 2
Фото из дембельского альбома Ивлюшкина. Сам он в центре.

Прошло больше года. Забыли все про арестанта. А у кого-то спрашивать об этом было не принято, сами понимаете. И вот на общем построении зачитывают нам приказ. Бывший сержант Ивлюшкин приговором военного трибунала осужден на двенадцать лет за измену Родине и шпионаж в пользу одного из зарубежных государств. Благодаря ему была снята с испытаний новая и секретная установка связи. Эти подробности нам наши офицеры рассказали, когда можно стало. Имя шпиона я не помню, а вот фамилию запомнил навсегда».

Спустя два с половиной года после публикации написанного выше мне написал… сам Ивлюшкин! И подробно рассказал, как было дело. Ниже его письмо практически без изменений. Разве что адаптировано для удобства чтения. Поясняющие вставки курсивом – мои. Опубликовано с разрешения автора письма.

"Добрый день, komariv.
Для начала давайте установим время, место и участников событий - в изложенном Вами письме все "как бы почти так и было". Давайте начнем с сентября 1978 года - события начинаются отсюда. Место - 60 отдельный ракетный полк 43-й Ракетной (Винницкой) армии, жилая зона полка, жилая зона и площадка 2 дивизиона, дежурная смена связи на 10-ке (сооружение №10, командный пункт и узел связи полка).
Я - Ивлюшкин Николай Петрович, если нужна верификация - нет проблем, все, что и как сочтете нужным.

Командир полка - подполковник Шевченко, живет в Виннице, один из самых ярких командиров в моей жизни (отношусь к нему с большим уважением).
Начальник штаба - подполковник Гарипов
Начальник связи полка – подполковник (майор) Романов
Начальник узла связи - майор Доценко, Винница
Начальник отделения связи боевого управления 2-го ракетного дивизиона (далее 2 рдн) - капитан Галушко Евгений Николаевич, Винница.
Начальник штаба 2 рдн - майор Бондаренко.
Особый отдел 60 ракетного полка (60 рп) - майор Шевчук (отвечал за 2 рдн) и его начальник - майор Горобец. Оба – Винница.
Начальник особого отдела 43 Ракетной армии - генерал майор Степурин Владимир Петрович, Винница.
Следователь особого отдела 43 РА – майор (потом-подполковник) Воробьев Евгений Васильевич, Винница.
Капитаны Одегов, Лань (майор), Назимов (?), дежурные 505 и офицеры, дежурившие на 10-ке 2 рдн.
Ну, похоже, все, кто так или иначе имеют к этому отношение.

Немного о себе, что бы была понятно, как складывалась история. В армию идти точно не хотел, но... одним словом - родители устроили все таким образом, что иного выхода в буквальном смысле не было. Я был студентом, закончил английскую спецшколу, очень прилично говорил по-английски, носил длинные волосы, американские джинсы и принадлежал к тем, кого называют сейчас "золотой молодежью". Комсомольцем не был, советским, как Вы понимаете, тоже - просто их не любил и сам-и-там-издат читал, голоса слушал.

Ну, я думаю, некий образ сложился, а на дворе 1976 год. В армию меня "сдали", попал в Павлоград (Украина) в учебку связи РВСН (я абсолютный гуманитарий) и стал "специалистом САУ и ЗАС" - тогда это называлось ВУС 108... (САУ – системы автоматического управления, ЗАС – засекречивающая апаратура связи).
Потом - Винница, Червонец, узел связи, лесной полк с достаточно простыми и незатейливыми отношениями внутри казармы. Да еще если офицеры живут в Виннице и приезжают в полк, как на работу. Высокий, тощий, очкастый, но... "упертый" с чувством собственного достоинства. "Спал мало, работал много" и дал себе слово, что как только стану "черпаком" - никакого унижения молодых, не только самому, но и в моем присутствии. На гражданке осталось много друзей и знакомых, которые регулярно писали, слали бандероли, родители присылали что-то вкусное, газету английских коммунистов MORNING STAR - на английском, что бы я не забывал язык, сигареты... Все это вмиг разлеталось по друзьям, кроме газеты, но времени на нее не было, и она выполняла разные прочие функции. (Червонец – позывной 60 рп)

Наступил ноябрь, я стал командиром дежурной смены связи 2 рдн и практически безвылазно жил во 2 рдн и постоянно ходил на БД - раз в 12 часов, постоянно заступая, так как ЗАСовцев не было. Появлялся на узле время от времени, мне присвоили сержанта. Хоть и гуманитарий, но бездумно что-то выполнять и не знать, как ЭТО функционирует и для чего, мне было совсем неинтересно. Одним словом, я стал спрашивать у дежуривших офицеров "что и как", дежурили там как и старые офицеры, так и двухгодичники, которые довольно охотно мне рассказывали - я ничего не делал тайно, что меня ЭТО интересует знали абсолютно все и в итоге, я стал себе представлять, как функционирует ракетная площадка и дальше больше. (БД – боевое дежурство)

Спросите любого связиста РВСН, чем занимается ОПД и они не только не скажут, но и спросят, кто это такие. А мне интересно и я не могу быть винтиком, мне нужно знать и понимать, что и для чего и как - так уж я устроен. Юные голову похожи на губку, и через какое-то время я уже вполне здраво во всем разбирался. Нужно отметить, что у меня сложились очень хорошие отношения со всеми офицерами (кроме майора Лань) всех смен, дежуривших на 10-ке. Единственная претензия - я был страшным матерщинником.

Отчасти этому способствовал мой вполне практический интерес, который складывался в картину, отчасти - уровень образования и незлобливость (вполне мог прийти помыть пол в главном зале и на всей 10-ке, так как жарко и вентиляция плохая), не жадность - чайник, плитка у нас были, а меня еще и регулярно снабжали растворимым кофе, который стоял в известном всем месте и все знали, что его можно брать, а офицеры делили с нами свой паек на дежурстве... Вот такое "войсковое братство".

Мои познания расширились до того, что я стал разбираться в КШУ и что и как делает САУ, в которой я менял секретные вставки раз в сутки и мог почти на равных говорить с дежурившими офицерами, а позднее, как правило ночью, когда 505 или его помощник уходили ночью спать и начинались учения, с их разрешения заменять их и сам "жать" кнопки понимая что, когда и для чего я делаю - сбоев не было, были даже благодарности. Когда практических знаний стало вполне достаточно, мне дали теоретические знания - очень внимательно читал "от и до" Боевой Устав РВСН от корки и до корки. Уже в конце службы начштаба 2 рдн майор Бондаренко посоветовал мне идти в военное училище: «Ты уже готовый ракетчик, из тебя получится хороший специалист, если перестанешь ругаться и не будешь раздолбаем (этого у меня было с лихвой), то я даже дам тебе рекомендацию». Таким образом, объем моих познаний был просто гигантский и совсем не нужный солдату срочной службы. (505 – командир дежурных сил дивизиона, как правило находится в сооружении №10.)

Жили мы внутри отделения очень дружно, старые и молодые были формально. Когда приезжал на Узел в полк, рад был всем и относились ко мне очень даже нормально, зная, что я не изменяю данному себе слову и уж своих точно в обиду не даю, сигаретами всегда можно было разжиться, в самоволку сходить запросто, с офицерами и прапорщиками - не юлил и относился к ним без особого почтения, предпочитая подшучивать над ними при каждом удобном случае и уж точно не соблюдал дисциплину. Сами понимаете, лесной полк.

Так что каждый мой приезд на Узел был как праздник. Так как весь узел дежурил на КП полка, на приемном и в 3 рдн, то в свободное время ходил к ребятам на дежурство в полку, благо друзей было много. На дежурстве в 2 рдн был резервный приемник (армейский, с чудесным приемом) и ночью, когда было спокойно, читал эту самую газетку - она всегда лежала у меня на столе, слушал всякие разные "голоса" и чаще всего - СВОБОДУ и НЕМЕЦКУЮ ВОЛНУ. Бесчисленное количество раз меня ловили за этим офицеры (слушал в наушниках), которые хоть и ругались, но не сильно, и дальше это, как мне казалось, не шло. Сигареты присылали американские часто, и ими с кофе мы компенсировали себе "тяготы и невзгоды армейской службы". Газету смотрели офицеры, очень удивлялись, что за газета, откуда, но слово "коммунистическая партия Великобритании" на первой странице "расслабляло" их, и они с улыбкой клали газету на место. Запах сигарет им определенно нравился, но только ночью и немного (курить на 10-ке запрещено). Вот так проходила служба. Как Вы знаете, все "закрытые" комнаты на 10-ке имеют список лиц, которым разрешен допуск, такой список был и в аппаратной ЗАС и в аппаратной САУ, которые были моими служебными вотчинами. Будучи раздолбаем по жизни, я тем не менее всегда придерживался порядка, который мне понятен - никто из моих сослуживцев и друзей никогда не видел не только вставок и аппаратуры ЗАС и САУ, но и того, что есть за дверями этих "секретных" комнат, хотя интерес у всех был совсем не детский. (КП – командный пункт)

В сентябре 78-го года в 2 рдн на 10-ку приехал некий майор Шевчук, и вместе с 505 прошел в главный зал. Через некоторое время он вышел к нам (связистам) и попросил ему показать "наше хозяйство". Как командир дежурной смены я пошел ему показывать все, что относилось к связи и обеспечению, рассказывал, отвечал на его вопросы. 505 был, если не ошибаюсь, майор Бондаренко. Рассказывая и объясняя, мы дошли до аппаратной ЗАС (она всегда запиралась на ключ и опечатывалась, печать передавалась мной по смене дежурному механику ЗАС под роспись: дежурство сдал - дежурство принял с наименованием в журнале приема-сдачи). Дверь опечатана и закрыта, говорю, что это аппаратная ЗАС. Шевчук просит открыть, я говорю, что его нет в списке. Бондаренко, который в списке есть, просит открыть и допустить его самого, я снимаю печать, открываю и пускаю внутрь Бондаренко, Шевчук пытается войти, но я его выпихиваю, Бондаренко приказывает впустить Шевчука, я говорю, что его нет в списке. Шевчук опять пытается вломиться - я его опять выпихиваю... Картина маслом - не пустил, Бондаренко орет, что он имеет право, так как он из особого отдела, на что я говорю, что в утвержденном списке его нет, есть другой особист.

Шевчука, как я понял, назначили недавно и список не поменяли. Так что как поменяют - я его пущу. В гробовой тишине Шевчук покинул 10-ку, пообещав так это не оставить, а я от дежуривших офицеров услышал все, что они думают по поводу особого отдела, списков, меня, Москвы, Колымы и Господа Бога. Хотя потом и признали, что если в списках нет, то я прав, но... с особым отделом так нельзя, хотя кто знает, что было бы если пустил, а он знает, что его в списке нет. Философская ситуация. Последствий никаких особых не было, но в полку и на Узле все знали, что я "схватился в рукопашную" с особистом и вышел победителем.

Время шло к дембелю, альбом делался, форма шилась-ушивалась, подарки покупались. Все это складывалось в загашнике на 10-ке, про который все сослуживцы знали (в кабельных проходах у радиорелейки). Что там лежало - в холщовой сумке форма ПШ без излишеств, кроме самодельного маленького значка "СЯС" - Стратегические Ядерные Силы, сапоги, дембельский альбом, подарки (духи, платки и что-то подобное) и "дембельские" сигареты, которые принято раздавать при увольнении, а также - все письма, которые я получил в армии, ни одно письмо ни от кого уничтожено не было - не могу жечь или уничтожать письма... Список исчерпывающий, больше никаких вещей, загашников и прочего.
По договоренности с ребятами, я должен был после увольнения сразу приехать в 2 рдн из Винницы (всех везли на вокзал), они принесут мне вещи к КПП, я переоденусь, попрощаюсь с ними (естественно, отдам спиртное) и поеду домой - об этом плане знали все связисты в 2 рдн. Так как я был бооольшим раздолбаем, то увольнение в первую партию мне точно не грозило, и я предполагал, что это будет не раньше второй половины ноября, где-то после числа 15. Заступал на БД в ноябре и не особо переживал, прощался с друзьями, которые должны были уволиться, писал письма домой, чтобы они уже не писали, так как я уже почти уволился и скоро буду дома. Еще раньше, до Приказа, мы договорились с ребятами нашего призыва (а мы были очень дружны), что обязательно нужно встретиться после дембеля - уж точно все к 10 декабря уволятся и обживутся дома - у нас были туляки, Смоленск, Воронеж, Белгород, и пару ребят из Перми.

Решили встречаться "посередине" - а это Москва. Так как у меня у бабушки была отдельная двухкомнатная квартира в центре (Арбат), а бабушка часто жила у нас, то я об этом и сказал - если в Москве, тогда у меня, что бы всем не ютиться где-то. Дом бабушки был напротив Бельгийского посольства, адрес - Хлебный переулок, дом 10. Давая этот адрес, я предупреждал, что всем тогда уж лучше собраться у меня, ориентир дома - напротив бельгийское посольство и там всегда висит большой флаг, не заплутают. Все записали и адрес, и ориентиры.

14 ноября мы сменились с дежурства, я передал аппаратуру, шифрблокноты, уничтожили со сменщиком использованный лист шифрблокнота и сделали об этом запись, расписался в журнале сдачи и должен был расписаться сменщик - Парпура, журнал я протянул ему... Он все собрал со столешницы, запер в сейф и опечатал - я простился с аппаратной ЗАС. Так же простился с аппаратной САУ. Простился с офицерами в главном зале, со связистами, которые заступили, так как точно был уверен в том, что уже не попаду на 10-ку никогда. В этот момент на 10-ку зашли начальник штаба полка Гарипов, начальник секретной части полка и еще какой-то офицер из управления полка, 505 браво что-то рапортует. Гарипов говорит, что он хочет проверить, как хранятся секретные документы у связистов. Я говорю, что дежурство уже сдал и мне нужно уезжать в полк, но он тем не менее хочет, чтобы я ему лично все показал. Идем в ЗАС, Гарипов заходит (комнатка узкая - полтора метра в ширину и два в длину), я и Парпура с ним, секретый офицер - стоит у открытой настежь двери, никого больше нет. Достаю документы, блокноты, журналы. При просмотре журналов оказалось, что моя подпись есть везде (сдал), а Парпуры - нигде нет. Случайность или нет - никогда не задумывался.

Гарипов разошелся - "грубейшее нарушение секретности, не обеспечил...", приказывает построить всю смену связи у 10-ки и объявляет мне 7 суток ареста на губе. Честно, был просто обескуражен - нет не моей подписи, но "дембель из-под елки" все же, надо признаться, мне обещали, и я сам знал, что в числе первых не уволюсь, но чтобы так...
Ну, 7 так 7, но дембель не предполагал быть таким веселым. Офицер идет по пятам, когда я иду забирать шинель, тут же у 10-ки уазик, меня сажают внутрь, и я оказываюсь на заднем сидении между двух офицеров, и при абсолютном молчании меня прямиком везут в Винницу в комендатуру (зачем - трудно понять), там скрупулезно обыскивают, и в таком же порядке отвозят на гарнизонную гауптвахту... Камера и время пошло, но все как в тумане, сижу считаю дни. Через день во второй половине дня двери камеры открывают и меня выводят, отдают ремень, шинель, говорят, что за мной приехали. Да, действительно, стоят два незнакомых офицера, петлицы летные - говорят, хотят поговорить, ведут на улицу, там газик, сажают опять между двух офицеров и куда-то везут по городу. Вижу, что какая-то воинская часть большая (это штаб Винницкой армии), въезжаем на территорию, проезжаем к какому-то зданию и останавливаемся у подъезда (это - особый отдел)".

Продолжение по этой ссылке.



_
Tags: 43-я Ракетная армия, 60-й ракетный полк, Винница, Военные, РВСН
Subscribe
promo komariv january 8, 2015 11:49 12
Buy for 100 tokens
Ракетные войска стратегического назначения, образованные 17 декабря 1959 года, стали самым молодым видом вооруженных сил Советского Союза. И самым секретным. Если о других видах и родах войск написано достаточно книг, существуют интернет-источники популярной направленности, то РВСН пока остались в…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments